КИЇВ (QHA) -

 

— Мы рассчитываем, что в ближайшие три года эти индустриальные парки будут сформированы и обеспечены резидентами, новыми предприятиями и новыми местами.

Эти слова прозвучали из уст министра промышленности и экономического развития России Дениса Мантурова еще в декабре 2014 года.

Под конец 2018 года все проекты индустриальных парков в Крыму заморожены, кроме одного.

5 октября так называемый Госкомитет конкурентной политики Крыма объявил электронный аукцион на создание индустриального парка “Феодосия”. Но какие шансы на то, что он станет точкой роста для промышленности в Крыму?

 

Все, что известно

Как указано на сайте госзакупок РФ, начальная цена контракта составляет 1,2 млрд рублей. Средства возьмут из госбюджета — «власти» собираются использовать субсидии в рамках реализации федеральной целевой программы социально-экономического развития. Строительно-монтажные работы планируют завершить до декабря 2020 года.

Под технопарк выделили два земельных участка в районе села Насыпное, общей площадью 122 га. Парк будет специализироваться на логистике, хранении и переработке овощей и фруктов. На его территории также будут созданы "другие производственные предприятия".

«Власти» Крыма ожидают, что через десять лет выручка от созданных промышленных предприятий и предприятияй сервиса составит 15 млрд. руб, а работу благодаря им найдут более 2700 человек.

Для заманивания инвестров обещают сверхвыгодные условия. Предполагается, что участки парка будут передаваться инвесторам на условиях долгосрочной аренды с правом выкупа, а на время проведения проектно-изыскательских работ и подготовки необходимых документов инвесторы будут освобождены от платы за аренду земли.

 

Гладко на бумаге

Действия крымских властей имеют свою логику. В обычных условиях создание технопарков имело бы смысл. Во всем мире преимуществом технопарков является то, что на их территории инвесторы могут получить более выгодные условия для ведения бизнеса.

— При обычной модели инвесторы бодаются с проблемами, связанными с решением большого количества организационных вещей, чтобы начать производство. Технопарк — это место, где все эти вопросы уже урегулированы. Туда подводится все: электроэнергия, газ, вода, тепло, и тогда тот инвестор, который размещает там какие-то мощности, лишен необходимости всем этим заниматься. Все это берет на себя тот, кто управляет технопарком, — рассказывает председатель экспертно-аналитического совета Украинского аналитического центра Борис Кушнирук.

В нормальных условиях территория возле Феодосии действительно могла бы стать важным центром деловой активности на полуострове, ведь условия для этого были еще до оккупации.

— Это – важнейший транспортный узел на востоке полуострова: автотранспортные магистрали расходятся на север, юг, юго-запад и запад региона. Строительство федеральной трассы “Таврида” усиливает значимость и привлекательность индустриального парка для размещения здесь логистического или оптово-распределительного центра, — в мае заявлял заместитель гендиректора АО «Корпорация развития Республики Крым» Наиль Габбасов.

Есть и кому работать. По данным «переписи» населения от 2014 г., трудоспособное население в Городском округе Феодосия составляет 61 тыс. чел., в том числе 39,7 тыс чел. экономически активного населения. Этого более чем достаточно.

Исходя из этого, шансы, что технопарк все-таки будет создан, довольно велики.

— Рано или поздно есть шанс, что он будет построен: то, что они запланировали, то есть инфраструктура, какое-то административное здание, забор и все прочее. Потому что, всегда интересно работать за бюджетные деньги, если они будут выделены, — считает эксперт Майдана иностранных дел Татьяна Гучакова.

Но стоит ли крымским властям рассчитывать на те прибыли, которые заявлены в проекте?

 

Реальные перспективы

Как показали четыре года после оккупации, предпринимателям, имеющим бизнес-партнеров за пределами России, неинтересно и зачастую опасно работать в Крыму.

— Крупные компании, даже российские, боятся туда заходить, поскольку они могут попасть под санкции. Поэтому, зайти туда могут себе позволить какие-то небольшие компании, которые будут работать преимущественно на внутренний крымский или российский рынок, — считает Борис Кушнирук, —  Сама по себе философия создания технопарка предусматривает, что вы это делаете для внутреннего рынка. Не обязательно, чтобы это были иностранцы и так далее. Другое дело, что в теории предполагается, что туда должны войти те, кто связан с большими капиталами.

По словам Татьяны Гучаковой, максимум, на что могут рассчитывать “власти Крыма” — привлечение нескольких компаний в сферу обслуживания.

— Если говорить о том, что конкретно будет там происходить, логистический парк с зоной оптово-розничной-торговли? — да, верю, потому что участок примыкает к трассе Таврида. Она будет до конца оккупации единственным путем доставки товаров, и это должно работать. Склады хранения сельхозпродукции? — да, может быть. Все остальное: промышленные предприятия и другие производства — это рассказы, —  уверена эксперт.

Показательный момент, единственный, кто согласился сотрудничать с “властями Крыма” в рамках развития проекта — это Генбанк, структура, которая сама наполовину принадлежит крымскому “правительству” и давно находится под санкциями.

Роман Кот

QHA